 |
 |
 |
|
|
|
Когда остатки четкости
Бес смыл с лица,
Родится глупо сшитый стих -
Бессмыслица.
Абстрактности влечения
Им внемлятся.
Об страх нести в... Ле - чем не я
Извне лица?..
Пропорции изломаны
У вечности.
Про порции и зло, о них -
Увечный стих.
Как у Ницше
акт унижен.
Где бы
Феба
слепо
ребус
Разгадать?
А пить пора бросать.
Мне бы
в неба
небыль
нёбом
Окунуться.
Как у Ниццы.
Ураганна Интернет-стихия -
Пошлости тайфуны в море лжи.
И кропаю Интернет-стихи я -
Плоские, как монитор LG.
Здесь кубов квадраты, труб полоски,
Мертвенно-бессмертная любовь
Порождают новый, тоже плоский
Стих. О, Боже правый, остановь!..
Вот мелькнула искренности птица,
Но охотный клич уже трубит!
Проще застрелить, чем застрелиться,
Коль в душе от совести зудит.
Я устал. Мне хочется покоя.
Честным быть хотя б с самим собой.
Видеть я в плохом хочу плохое,
В добром - доброе. Ушел. Пока. Отбой.
Мне не стать безымянной звездой.
Не светить по ночам для влюбленных.
И мне жертвовать нечем для той,
К чьей любви я стремлюсь иступлённо.
Мне голубкой крылатой не стать.
Не парить в небе символом мира.
Я считаю овечек до ста.
Чтобы сонной волной меня смыло.
Мне скульптурой в музее не быть.
И не радовать юного взгляда.
Как бы счастлив я был, если бы
Стать мог тем, кем мне стать очень надо.
Но я тот, отражение чьё
Каждым утром я в зеркале вижу.
Лишь мечтаю ещё и ещё,
Не ставая к мечтам своим ближе.
Когда рядом пива бутылка.
Мне плевать на Хуссейна Саддама.
Я красивым стаю, очень пылким.
Пристаю к окружающим дамам.
Хандра, постоянно хандра.
И она опять обманула.
И ты водку вновь пьешь до утра.
Пригорюнив на краешке стула.
Но ведь завтра настанет рассвет.
Ты проснешься с больной головою.
Оглянешься - а юности нет.
Вот тогда от тоски ты завоешь.
Я напился вновь до отупенья.
И запутался вконец в себе самом.
Сам с собою спорю целый день я.
В голове моей воюет Зло с Добром.
Я бессвязно сам себе лепечу.
И бессвязны мысли у меня.
К сумасшествию шагаю я навстречу.
Интеллектом в голове звеня.
Свесив ноги с высокого карниза.
Мы плюемся по бедным прохожим.
А они нам кричат вслед капризно.
Будто мы на придурков похожи.
Я стою над открытой могилой.
Я гляжу на того, кто лег в гроб.
На лицо, что печально застыло.
На устало наморщенный лоб.
Мне знаком этот лик безупречный.
Где же видел вот этот вот труп?
Где же видел его? А, конечно!
Он же в зеркале был поутру.
Я возьму свой последний барьер.
Я отрежу себе полноги.
Чтобы я никода не старел.
Провидение! Мне помоги.
Я стараюсь обидеть себя.
Но смеюсь над обидой своей.
Чувство такта в себе теребя.
Становлюсь я безумно добрей
Один.
Один.
И снова сам.
Кругом лишь я,
один на льду.
Иду
навстречу
голосам.
Себе навстречу я иду.
Маразм.
Маразм.
Опять маразм.
Депрессия.
Психозный шок.
Агония.
Сердечный спазм.
И смерть приходит.
Хорошо
Разобью я себя на осколки.
Разбросаю осколки по свету.
Может кто-то везучий и ловкий.
И поймает осколок мой где-то.
Может быть, он поймет и оценит.
Все души моей странной порывы.
Он такой же, как я, неврастеник.
Он такой же, как я, тупорылый.
Я лежу, безвременно усопший.
На постели из забытых снов.
От моей белесо-мертвой кожи.
Дух забвенья веет уж давно.
Я как вы боролся, ждал и верил.
Я как вы был узником судьбы.
Я как вы просил открыть мне двери.
К Солнцу, чтоб тоску свою забыть.
Был упорным в достиженьи цели.
Только цель менял из года в год.
Был таким, каким вокруг хотели.
Чтоб я был. Мне жалко одного.
Я самим собой побыл недолго.
В детстве - первых шесть лет или семь.
А потом - обычная массовка.
Был как все, подобен был я всем.
И теперь безмолвными устами.
Как заветом крикну, как мольбой.
Будьте, чтобы не творилось с вами.
Будьте вечно сами вы собой.
Свои острые стрелы пускают.
Попадая в район где-то сердца.
Сердце с выстрелом каждым все тает.
И от смерти, увы, нам не деться.
Окружают бесстрастные люди.
Безразличные к этим страданьям.
Я, наверное, к бездне ступлю и
Прекращу это непониманье.
На развалинах мозга чужого.
Я стою, попивая коньяк.
От него скоро будет изжога
Постоянная мучать меня.
На дымящемся все интеллекте.
Чьи-то мысли пытаются жить.
Ничего нету лучше на свете.
Чем с мозгами не очень дружить.
Ковыряясь в инстинктах забытых.
Забываю, где надо копнуть.
Как старушка с разбитым корытом.
Я с дырою в мозгах - просто жуть.
Там зашью, ну, а здесь подлатаю.
Только дыр-то все больше стает.
И все ближе к смертельному краю.
Подхожу я - простой идиот.
Дважды два, я знаю, что четыре.
Я опять развитый шизофреник.
Наши чувства уж давно остыли.
И застыл столбом порыв весенний.
Не смотри, что я такой красивый.
Я давно уж маски не снимаю.
Все мозги утоплены мной в пиве.
Ну а чувства утопил я в чае.
Я живу в придуманном мной мире.
Сам себе слагаю мадригалы.
Мое сердце внутренне пошире.
Ширины моей груди отсталой.
Отварив в кастрюле отбивные.
Я поджарю квас на сковородке.
Ведь учусь на повара я ныне.
Чтобы люди набивали глотки.
Я насыплю перец в сладкий йогурт.
И добавлю сахара к горчице.
И все вместе поварю недолго.
Чтоб смогли вы этим насладиться.
Я обычный дурак, мое место в психушке.
Но гуляю на воле безвылазно я.
Мне деревья - друзья, фонари мне подружки.
И меня не волнует нормальность моя.